aif.ru counter
Юрий Голубь 0 360

Ровно 100 лет назад воронежцы стали заселять Уругвай

Что общего между столицей Черноземья и Уругваем? Оказывается, там, на противоположной стороне земного шара, есть свой маленький...

Воронеж, 19 марта – АиФ-Черноземье

Через океан

АиФ: – Николай Сергеевич, кто они – воронежские уругвайцы?

Н.С.: – Начнём с того, что наша область – центр старорусского сектантства. У нас были и субботники, и молокане, и хлысты, и духоборы. Спасаясь от преследований, они расселялись по всему миру. Путешествуя по России, я встречал сёла Воронеж-1, Воронеж-2, Воронежское, и так – до Тихого океана.

Летом этого года центр русской общины в Уругвае – город Сан-Хавьер будет отмечать 100 лет. Его основали наши хлысты. При слове «хлысты» в сознании обычно всплывают навеянные литературой жутковатые образы сексуальных игрищ и неистовых радений. Но движение Новый Израиль стояло особняком и было достаточно рациональным. Число его приверженцев в России доходило до 200 тысяч человек, а центром течения была Воронежская губерния. В царской России хлысты-христоверы преследовались, и потому они старались исполнять свои обряды подпольно.

АиФ: – И как же их занесло на другой конец света?

Н.С.: – После либерализации законодательства в 1905 году хлысты стали организованно уезжать в Закавказье. Но местный климат тогда мало подходил для жизни: побережье Чёрного моря было заболочено, и переселенцы массово умирали от малярии. Эмиссары секты стали ездить по Канаде и Латинской Америке в поисках свободных земель. Несколько воронежских крестьян встретились в Сан-Франциско с послом Уругвая. Тогда эта страна искала новых поселенцев для того, чтобы развивать земледелие. Представители правительства Уругвая прибыли в Закавказье к русским сектантам, убедились, что это трудолюбивые, воспитанные, благочестивые люди и пригласили их к себе.

Христоверы – воронежцы, а также куряне, тамбовчане, донские казаки – разделялись на группы по пять человек и отправлялись в далёкую страну. Добраться в Уругвай и сегодня не просто – нужно сутки лететь с пересадками на самолёте. А в те времена приходилось целый месяц плыть по морю. Иногда приходилось сначала отправляться в Северную Америку. Кстати, среди пассажиров «Титаника», по данным некоторых исследователей, было пять воронежцев.

Дети вольного эфира

АиФ: – Но ведь уругвайские пампасы так не похожи на наши края… Как приняла воронежцев эта земля?

Н.С.: – Около 2 тысяч переселенцев разместились в эмигрантском доме в Монтевидео в очень тяжёлых условиях. В 1913 году латифундист Альберто Эспальтер продал им в рассрочку участок земли. На нескольких кораблях переселенцы поднялись по реке Уругвай и высадились на пустынном берегу. Уже к вечеру они построили шалаши из веток и камыша, а когда на второй день стали расчерчивать будущие улицы, произошло чудо: единственный раз за всю историю Уругвая пошёл снег. Люди плакали от радости, они решили: это знак свыше, они найдут здесь новую родину.

Вскоре христоверы построили крепкие дома и вспахали целинные земли. Работали артельно. Можно сказать, они были основателями первого колхоза: кто-то получал наряд на строительство амбаров, кто-то обрабатывал землю, кто-то возводил дома.

АиФ: – В таком деле нужен лидер…

Н.С.: – Переселенцами руководил Василий Лубков, уроженец Боброва. Уже в 18 лет его как активного проповедника сослали на вечное поселение в Закавказье. Удивительное дело: не имея особого образования, он на открытых диспутах переубеждал даже православных священников. Человек недюжинного ума и таланта, он оставил после себя множество стихов и пьес. Вместо радений, которые раньше бытовали у хлыстов, Лубков ввёл своеобразные мистерии – постановки на религиозные темы. А Новым Израилем движение назвалось, чтобы отделить себя от тьмы египетской, в которой, по их убеждению, пребывал весь остальной народ.

Василия Лубкова почтительно называли Сыном вольного эфира и Папашей общины. В 1926 году он вместе с некоторыми последователями вернулся в Советскую Россию и стал активно приглашать всех религиозных диссидентов. В безжизненных сальских степях христоверы создали крепкую коммуну, возделывали землю, приобрели много техники во Франции, открыли конезавод, занялись пчеловодством. Но через 4 года община попала под колесо коллективизации. Многие были репрессированы. В 1938 году Василий Лубков умер в карагандинском лагере от водянки.

А тем временем, оставшись без духовного вождя, русские в Уругвае стали ассимилироваться. Общинные связи ослабли. Многие из жителей Сан-Хавьера начали вступать в браки с местными жителями. Однако память об основателях города осталась в названиях улиц. Здание религиозного собрания и административный центр общины теперь музеи.

Земной рай

из личного архива Николая Сапелкина
 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

АиФ:– Получается, хлысты отказались от своей веры?

Н.С.: – Многие стали атеистами, многие - пятидесятниками, появился в Сан-Хавьере и костёл для католиков. Русскую речь уже не услышишь. Только старики помнят бытовой дореволюционный язык. Во время своей поездки в Сан-Хавьер я видел двух людей, у которых в документах было указано, что они родились в России: 97-летняя женщина – в Воронеже, а 101-летний мужчина – в Боброве.

АиФ: – Разве можно было совершенно всё забыть?

Н.С.: – Дело в том, что христоверы искали рай на земле и, видать, нашли его. Они уехали от ужасов Первой мировой войны, революции, гражданской войны, голода, репрессий, коллективизации, сражений Великой Отечественной. События, которые определили для нас смысл XX века, им мало что говорят. К тому же в 1974 году к власти в Уругвае пришла военная хунта, которая видела во всех русских пособников коммунистов. Говорить на русском было опасно, закрылись русская школа и русские культурные центры. Да ведь и наше посольство никогда не работало с поселенцами.

АиФ: – А жители Сан-Хавьера признали в вас соотечественника?

Н.С.: – Я выяснил фамилии выезжавших в начале века хлыстов. Определил сёла, в которых они жили, и с некоторым багажом знаний отправился в Уругвай. Меня великолепно приняли. Я не знал испанского, но меня понимали - мы разговаривали сердцем и душой. Я посетил почти каждый дом. Это было довольно тяжело и немного комично. Дело в том, что русское хлебосольство в Сан-Хавьере сохранилось, но дополнилось уругвайской эстетикой. Самое распространённое блюдо у них – асадо, ужаренный почти до угля коровий бок. Я не смог его есть, но зато выпил виски и закусил вкусным пирогом с тыквенной начинкой. По городу пошла молва: «Наш русский брат ест только пирог и пьёт виски». После этого, куда бы я ни зашёл – везде стояли каравай и большая бутылка. Мне удалось найти много родственных нитей, например, связать двух братьев Забелиных – из Сан-Хавьера и Ростовской области.

АиФ: – Получается, они всё ещё чувствуют себя русскими?

Н.С.: – Конечно. Сегодня Сан-Хавьер – туристическая Мекка Уругвая: со всей страны люди едут посмотреть на это чудо. Русская эстетика там везде: в центре города на площади Артигаса установлена композиция из матрёшек. До сих пор ездят на традиционных русских телегах. Есть культурный центр имени Максима Горького, на всех праздниках поёт и танцует ансамбль «Калинка». До сих пор земледелием в Уругвае занимаются только наши земляки. Русские привезли в страну культуру пчеловодства и отжима масла из подсолнечника. Рыбу в Уругвае тоже ловят только выходцы из Воронежа.

Кстати

Куда уезжали воронежские диссиденты?

Спасаясь от давления властей, религиозные сектанты уходили на восток. Много поселений воронежцы основали в Волгоградской и Саратовской областях, на Алтае, под Хабаровском, на Кавказе. Так, в Азербайджане есть сёла Ивановка, где живут молокане, и Привольное, где нашли убежище субботники. Широко известны село Бондаревка в Хакасии и родина поэта Евтушенко - станция Зима в Иркутской области, их тоже основали субботники.

В начале XX века 27 тысяч религиозных диссидентов из Воронежской губернии мигрировали за рубеж. Большинство перебралось в США, особенно - в Сан-Франциско. В Латинской Америке известна колония молокан в долине реки Гваделупа в Мексике.

В самой Воронежской области есть несколько деревенек под названием Новый Израиль, заселённых хлыстами. Есть Новый Израиль и в Ростовской области, но сегодня он зовётся Красный Октябрь.

на фото: традиционные телеги, которые делали первые переселенцы, изготавливают в Сан-Хавьере и сейчас.

Смотрите также:

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Самое интересное в регионах